Y.N. Zassoursky online

Какие у Вас любимые места в столице? Насколько тяжело Вам, как человеку, родившемуся в Москве, видеть ее изменения? видеть, как ее перестраивают, ломают, как ее затапливают людские волны? Или это совсем не тяжело?
Сергей, Darsa.

Любимые места в Москве, конечно, есть. Я очень люблю район, где прошло мое детство, - зоопарк, где я бывал летом каждый день.  Давно там не был и хочу пойти. Интересно, какая сейчас  там атмосфера. В районе Главного Здания мне помнятся места, которые сейчас уже утратили свой облик. Когда-то мы ездили на стройку Московского Университета вести беседы со строителями, лекции читать.  Я был тогда аспирантом. Бараки строителей находились недалеко от остановки Березовая роща.  Это была замечательная остановка. К сожалению, ее больше нет, и рощи нет.  Хотя березовые аллеи на Университетском  проспекте все-таки появились. Это приятное место, и я люблю там пройти. Еще на Воробьевых горах был плодово-овощной совхоз. Теперь его там нет, но в конце Мичуринского проспекта, перед выходом на смотровую площадку, есть прекрасный сад со старыми вишнями и яблонями, весной они цветут.

Меняется Москва и, конечно, меня удручает то, что не берегут старую Москву. Много погибло скверов и других приятных мест, которые хотелось бы сохранить. Новая Москва - это совсем другой город. Досадно, что он больше напоминает Юго-Восточную Азию, Сингапур… Что касается людей: люди – это хорошо. Мне нравится, когда много людей.

Самый привлекательный для меня район Парижа – это район Университета. Там есть небольшая  улица Rue de Carmes. Она замечательна тем, что на ней располагается магазин Tekne, где торгуют книгами по журналистике и коммуникации, и там всегда появляется что-то новое. В этот раз я видел книгу о коучах (от Coach - тренер). Коучами называют в этой книге тех, кто учит тому, как вести себя и свое дело. Это не имиджмейкер и не специалист по ПР, а репетитор для политиков и бизнесменов.  С их  помощью общество регулирует отношения во власти. Интересно, что у нас репетиторы работают для тех, кто учится в школе или университете, а во Франции появились  репетиторы для солидных людей. Я  посмотрел книгу внимательно и убедился в том, что появилась такая особая профессия.

Я прилетел  17 ноября, в пятницу. Была прекрасная погода,  золотая осень. А в субботу все изменилось: пошел дождь, и Париж немного посерел…

Здание факультета журналистики первоначально было построено для одной очень богатой женщины, которой вся эта улица и принадлежала. Она предполагала устраивать здесь балы. И там, где у нас сейчас Большая Академическая Аудитория был зал приемов. На хорах сидели музыканты, а в залах танцевали мазурку. Но что-то плохо шли танцы, и хозяйка решила продать дом. Новый хозяин, царь Николай Первый тоже балы устраивал и тоже не очень они пошли. И тогда решил царь подарить этот дом Московскому Университету. Так что нам этот дом принадлежит по праву: сам император нам его подарил. Мы ему за это и сейчас благодарны. У нас и портрет его висит на балюстраде второго этажа. Так что отвечу на вопрос читателя Андрея так: думаю, никто не посмеет отбирать здание, которое сам царь подарил нам в свое время.

послушать

Помню как я первый раз попал в метро. Это было в год его открытия. Меня повели гулять по Новинскому бульвару. Шли по Кабанихину переулку на Зоологическую улицу, потом на Большую Грузинскую, потом на площадь Восстания. На Смоленской мы сели в метро и проехали до станции им. Коминтерна (сейчас Александровский сад). Но закончилось это большой неприятностью. Тетя Маня, бабушкина сестра, с дедом вышли, а я остался в вагоне. Я кричал, как только мог, что меня бросили одного под землей в вагоне. Я вышел на следующей станции. Потом приехали незадачливый дед и двоюродная бабушка, которым меня и отдала дежурная. Мы вернулись на Смоленскую и, так как я плакал и не мог успокоиться, меня повели на Новинский бульвар кататься на пони. Я был совершенно счастлив.

Сергей Федорович жил на площади Воровского, там, где помещался наркомат иностранных дел. У него было 2 комнаты в коммунальной квартире. Телефон, ванная, кухня с газом. Я ходил в этот дом, как на экскурсию. У них была еще дочь Клара. Моя двоюродная сестра, с которой мы дружили. В 20-е годы дядю взяли на работу в наркомат иностранных дел. Он был там курьером. Там он познакомился с Марком Сергеевичем Панским. Он работал за границей в Персии, в посольстве в Англии.

Помню, как он приехал из Англии вместе с дочерью Кларой, которая родилась в Лондоне. Я увидел его, ужасно обрадовался, полез в окно и разбил вазу - это было ужасное событие в моей жизни - вазы очень ценились. Но на этом дело не кончилось - дядя Сережа привез в подарок игрушку, которая меня несколько напугала. Это был заводной крокодил, который бегал по полу, разевал пасть, а я ужасно боялся. что он схватит меня, и спасался от него на диване.

По праздникам мы ездили к дяде Сереже на 22 трамвае, который шел от зоопарка до Лубянки. Смотрели на праздничную иллюминацию по поводу годовщин революции и разных интересных гостей Сергея Федоровича. Мне запомнился Бобров - герой-челюскинец, который подарил фигурку моржа, сделанную из моржового клыка, и много рассказывал нам о том, как они высадились в северных льдах. Еще был Ковалев, который был корреспондентом в Англии. И другие знакомые, о которых мы еще будем говорить.